大熊之草紙

Не знаю, я вот не раз и не два сталкивался с ситуацией, которую не хочу называть грубыми словами, а потому проиллюстрирую на примере запомнившегося реального случая.

Едем в автобусе в пригороде Душанбе. Большая часть пассажиров — жители окрестных кишлаков. Городской русский пытается объясниться с одним из них по-русски, но тот явно русского не знает, общение не получается. Русскому, видимо, очень нужно чего-то добиться, и он начинает медленно переводить свою мысль на ломаный таджикский. Тут разговором заинтересовался какой-то сидящий рядом дедуля. Он поворачивается к пытающимся найти общий язык собеседникам и почти с ненавистью произносит: не умееш гаварыт, не кавэркай тоджикский язык! И, с чувством выполненного долга, отворачивается.

From:

мне кажется, на таких дедуль вообще стоит так реагировать, многие из них трезвость ума теряют к такому возрасту - так имеет ли смысл принимать их выходки так близко к сердцу?

From:

хотела сказать "НЕ стоит"

From:

А это не единичный случай. Люди нередко относятся к своему языку как-то болезненно, воспринимают неправильности речи и акцент иностранца чуть ли не как личное оскорбление, и уж во всяком случае — как показатель низкого уровня развития или недостаток прилежания в изучении. И особенно этим грешат представители малочисленных народов.

From:

возможно вы правы, может я просто не сталкивалась с этой стороной разноязычкого общения.
Опыт общения с малыми народами у нас был, видимо, разный. Я встречала совершенно другую реакцию - представители малых народов, наоборот, начинали относиться с двойным уважением к человеку, который мог хотя бы выразить приветствие на их языке. и, разумеется, охотно выдавали любую инофрмацию относительно своего языка.

From:

Это показатель интеллигентности, ага. А сравнительные шансы встретить интеллигента или павиана зависят от того, где их искать ;)

From:

да, наверно наши с вами противоположные этим и обусловлены :)

From:

Ну я не знаю, насколько это связано с численностью. Считается, что говорящие по-английски относятся очень терпимо к коверканию своего родного языка иностранцами, а говорящие по-французски — как раз наоборот. А ведь оба языка из «крупных».

From:

А чехи и болгары?

From:

Во всяком случае, тот таджикский дедуля мне не встречался ни в Болгарии, ни в Чехии.

From:

Возможно, эти подростки были его внуками :)

From:

А это почему? Они же ничего не говорили о том, можно ли коверкать не очень знакомый язык или нет. Они просто поехали в Чехию, не удосужившись научиться говорить по-чешски «Сколько это стоит?» и не веря, что чех поймет этот вопрос по-болгарски (хотя между Колко струва? и Kolik stojí? разница невелика).

From:

Все языки не выучить. У меня, кстати, та же болезнь, что и у дедули, только наоборот: мне неприятно, когда я сам коверкаю язык.

From:

Все языки не выучить (хотя это не причина не попытаться). Я могу сочувствовать славянам, обсуждающим по-английски что-то сложное, из науки там, из искусства или из политики, о чем они не поняли бы друг друга на своих родных языках и о чем трудно научиться разговаривать на другом языке, не вложив много времени и усилий. Но это совсем не тот случай.

From:

И все же лично я, вероятно, предпочел бы, как и эти ребята, найти общий язык, который я знаю максимально хорошо. А поскольку выбор у меня не богат, то я еще попробую в Польше говорить на польском, но вряд ли рискну в Чехии говорить на чешском, предпочту английский, если недоступен русский. Помимо упомянутой мною болезни, есть еще и практический резон для такого выбора: я рискую ввести собеседника в заблуждение насчет моих познаний, однако упустить или превратно понять что-то важное из того, что он мне скажет. Ложные друзья переводчика. Если в чешском их для русского столько же, сколько в польском, то лучше и не пытаться. Чего стоит хотя бы хрестоматийная разница между zapamiętać и zapomnić vs. запамятовать и запомнить или, скажем, uroda vs. урод :)

From:

Я уже согласился, что если разговор того стоит, тогда пожалуйста. Я и сам разговаривал с поляками по-английски, когда тема того требовала. И, конечно, если бы служащий назвал цену по-английски и был понят, я бы просто не заметил продолжения эпизода (в частности, не обратил бы внимания, на каком языке говорили эти двое). Но тут меня поразила абсурдность положения: человек пользуется таким до невозможности сложным приемом, чтобы передать сообщение, которое звучит практически одинаково на его родном языке и на собеседничьем; а все потому что интерлингва непонятная такая.

From:

А что, дедуля даже не заметил, что разговор вообще-то был не с ним?

From:

Именно, что заметил. Однако, ни малейшего желания помочь с переводом не проявил. Просто он явно считал, что говорить по-русски допустимо с гораздо большим акцентом, чем по-таджикски.

From:

Это-то как раз связано с «размером» языка: говорящие по-таджикски не привыкли слышать, как на их родном языке говорят с иностранным акцентом, как его ломают и коверкают, а для русскоязычных в этом нет ничего удивительного.

From:

Не совсем соглашусь. Чем меньше носителей языка, тем меньше для иностранца шанс найти хорошего переводчика из числа своих соотечественников, а тем более, работников, что важно для обеспечения секретности в дипломатии и бизнесе, а также для повышения оперативности. Поэтому можно предположить, что представитель малого народа, не владеющий иностранными языками, сравнительно чаще слышит свой язык исковерканным.

Конечно, с другой стороны, можно предположить, что представитель малого народа сравнительно чаще владеет иностранными языками...

From:

Вот-вот. В особенности языками больших народов. И это обстоятельство перевешивает все возможные последствия соображений насчет секретности и оперативности в дипломатии и бизнесе.

From: