Вокативы

[iad58]

Я правильно понимаю, что различие между отче и пап (которое па-ап) состоит в том, что только первое может иметь определения (отче наш небесный, но *мой дорогой пап)?

Вопрос возникает в косвенной связи со спором игроков в «Эрудит»: можно ли там (как и в других играх, где требуются существительные в именительном падеже) использовать отче и другие подобные вокативы?

Аргумент против: это часть парадигмы существительного отец, а именно форма звательного падежа, и то, что лексемы, имеющую такую форму, можно пересчитать на пальцах (вроде даже одной руки), дела не меняет.

Аргумент за: в современном русском языке звательного падежа нет, для обращения используется именительный, стало быть, отче — особая форма именительного падежа, умеющая выступать только в одной из его функций и образуемая от немногих существительных, но что из этого, про второй родительный или второй предложный можно сказать то же самое.

Ну или, может, отче не часть парадигмы существительного отец, а другая, производная лексема, этакое звательное существительное или еще что-то? Тогда оно само себе основная форма, без вариантов. В «Большом толковом словаре» некоторые (хотя не все) вокативы действительно являются заглавными словами. Но если в игре требуются не основные формы слов вообще, а именно формы именительного падежа существительных, тогда это не проходит.

Вспомнился по этому поводу рассказ Бранислава Нушича из «Автобиографии», как он пытался выполнить задание учителя выяснить, как будет звательный падеж от слова па̏с (что правда не так просто — есть варианты псе̏ и псу̏):

Питао сам и бакалина, нашега комшију, пошто сам му претходно објаснио да се петим падежом зове, и он ми рече:
— Ја кад вабим куче, ја му кажем: куц, куц, куц! а кад га терам, ја му кажем: шибе! А бог ће га свети знати који је то падеж!

‘Спрашивал я и у бакалейщика, нашего соседа, предварительно объяснив ему, что такое звательный падеж, но он мне ответил:
— Когда я зову собаку, то кричу ей: «Куц, куц, куц», а когда прогоняю, говорю: «Пошла прочь!» А бог его душу знает, какой это падеж!’

В русском переводе почему-то пропало объяснение, что звательный падеж служит для призыва, да и пошла прочь — слишком неправдоподобная падежная форма, но с междометиями отгона собак в русском, похоже, невезуха.

Так а что же будет, когда нормативные словари и грамматики признают существование пап?

Comments

[heli noob (from livejournal.com)]

Я думаю, что если нас интересует синтаксические явления, то лучше получается, если считаем. А если морфологические, например, то если не считаем. Но я не настоящий сварщик.

[iad.livejournal.com]

Что же, если получается, что в каких-то целях удобнее считать, а в каких-то нет, с моей стороны возражений не будет. Тем более что это и соответствует природе деепричастия, этакого связующего звена, переходной формы или как еще можно сказать, между глаголом и наречием.

Интересно, что с очень близкородственной категорией причастия наоборот: оно именно морфологически скорее не глагол (потому что имеет прилагательное словоизменение).