Сопост. кулин. лексикография слав. языков

Когда-нибудь إن شاء الله мы с sabadel напишем книгу о еде. Нет, не кулинарную (хотя почему и не такую?), а о неожиданных различиях в понятиях и словоупотреблении у близкородственных народов. А их немало.

Я помню, как давным-давно, еще в начале жизни в Лиге Бояр, она удивилась, увидев в меню нашей институтской столовой «пиле с ориз» и там же «пиле с каша», и спросила, в чем же разница. А сходство в чем? — удивился я в ответ; каша — это каша, а рис — это рис. Выяснилось, что ей ничего не стоит назвать кашей рассыпчатый (но зернистый) рис, а по здешним понятиям каша начинается с муки, разводимой в бульоне, который дает пиле ‘цыпленок’, можно с добавлением молока, и варимой до густоты.

( А еще … )

P.S. Вспомнилось еще, как мы опять же с sabadel выяснили, что выражение бисквитена торта — ложный друг переводчика: речь идет о торте, основой для которого служит печенье (бисквити, ед.ч. бисквита, по-болгарски), а не то, что по-русски почему-то называется бисквитом.