Недалеко от того места, где мы жили в Токио, была небольшая рамэнная, в которой мы так и не побывали, но я обратил внимание на надпись слева от входа:

Что же, думаю я, немного не хватает дефиса между словами, но все правильно по сути: раз у них одна лапша, значит, стол rice-free — безрисовый, кому надоел рис в отварном виде три раза в день, милости просим.
На самом деле все иначе, о чем сообщала надпись справа от дверей:

Стало быть, за вермишель платишь, а райсу табэхо:дай, ешь сколько хочешь free — на халяву. Хотя зачем рис к рамэну, я так и не понял.
Когда-нибудь потомки будут удивляться, как людей XX века угораздило выбрать для международного общения язык на удивление для этого неподходящий, в котором каждое слово, как у Иудушки Головлева, десять значений имеет.