iad58 | Гипнолингвистика

Снов своих я, как правило, не запоминаю. Сниться-то они мне снятся, хотя и не каждую ночь, но забываются, как только я просыпаюсь. Впрочем, не всегда.

В предпоследнюю ночь в Москве мне приснились несколько страниц из купленной на днях книги Букара Талибова «Будухский язык», лежавшей у изголовья. В них трактовалось о наличии в том языке интересующего меня явления, а именно нетривиального соотношения между атрибутивной и предикативной формами прилагательного. Вроде бы они морфологически разные, и у некоторых прилагательных есть только первая, а у других — только вторая. Очень занимательно было.

Не выдержал, зажег лампу, раскрыл книгу. Увы! наяву там ничего такого не нашлось. Зря, значит, проснулся.

Однако через несколько дней, вернувшись домой, я нашел более-менее то же самое явление в «Элементах цахурского языка». С точностью до приснившегося мне показателя атрибутивного прилагательного -на. Языки, между прочим, близкородственные (лезгинская группа дагестанских языков). Все-таки в руку?

(Я когда-то очень давно читал Ибрагимова про цахурский, не исключено, что это и всплыло. Но вообще получилось забавно.)